Под окуляром микроскопа ученому открывается новый мир.

Под окуляром литоскопа читателю открывается мир современного литературного процесса.

Сергей Круглов

 

* * *

мы - поэты второго ряда

о нас никто не помнит

кроме кропотливых самоотверженных старых дев

сестер санбатов

библиотечных архивов

наложат как умеют повязку

дадут попить

посидят возле

напишут под диктовку

письмо домой -

потомкам (полевая почта

работает так что вместо потомков

письмо получат предтемки

вскроют пожмут плечами

война что поделать

такая обстановка )

мы - поэты второго ряда

о нас никто не помнит

время выбивает нас первых

мортиры времени бьют навесом

метят в тех кто стоит шеренгой блистая

в первом ряду

но время такое время

у него все время -

перелет

 

 

СОСТАВ  РАССТРЕЛЯЛИ ПОД  БЕЛГОРОДОМ

Сухие истёртые  пальцы, ящик с куклами под откосом, старик-кукловод

Дочечку собою баюкает, перекрывая вой самолетов, поет:

 

«Спи, моя ингеле! это Песах, уходим – ах!

Спи, посмотри! Никакой ваги нет в небесах ,

 

И посреди длинной нашей дороги

Никто нас не держит нитями за сердце, за руки и ноги,

 

Мы не петрушки, мы не марионетки, мой свет,

Мы не арбалески, не ростовые, и в горлышке пищика нет, -

 

Видишь, ширмочка бархатная, ситцевая какая,

Необъятная, складчатая, бездонная, черная, голубая-златая, -

 

Мир велик, фейгеле, а мы с тобой так малы,

Так ничтожны посреди этой мглы ,

 

Мы, которым  престолы и силы последнее представленье сейчас дают,

Накрывают субботний стол, и  ангелы бреющим воем под занавес фрейлехс  поют, -

 

Но это не вага над нами, о нет,  это сияющий в небе крест,

Крест-накрест разрез,

 

И небеса по разрезу расползаются в стороны, и открывают нам свет,

И это дорога свободы, нас отпустил Мицраим, и смерти нет!» -

 

Так он поет, и с вышины, исполненной темноты,

Ниспосылают  свою благодать мессершмитов кресты,

Рваным  целуют свинцом,  в  букеты сбирают  алые восходящие из плоти цветы.